Раздел: Дизайн
-
Категория: Гость номера
-
Создано: 18.11.2011
За свои объекты, каждый из которых строится на остроумной игре конструктивных решений, натуральных материалов и лаконичных форм, Мантас Латайтис неоднократно удостаивался высокой оценки экспертного совета конкурса SaloneSatellite в Милане и в Москве. По мнению дизайнера, главный секрет его творчества – в подражании природе.
В ваших работах главная ставка делается на игровой элемент – это пришло из детства?
У меня было самое обычное детство – я, как и все, играл во дворе с друзьями, хотя, если честно, немного от них дистанцировался, примеряя на себя роль наблюдателя. Мне всегда интереснее было играть в свои игры. Очень многое мне дали прогулки на природе: я до сих пор считаю, что непостижимая природная пластика — источник вдохновения для каждого дизайнера. Большинство моих мультифункциональных объектов появились благодаря изучению формы, в частности ее способности к изменению, и сам этот интерес развился из моих детских наблюдений за природой.
Когда вы поняли, что хотите стать дизайнером?
Все началось лет в 16: в то время я увлекался небольшими графическими работами, рисовал открытки, но вскоре переключился на больший формат – стал делать скетчи. После школы поступил в Академию изобразительных искусств в Вильнюсе, где за три года прошел курс, рассчитанный на шесть лет. Там я и заинтересовался промышленным дизайном. Постепенно мои скетчи стали превращаться в модели, а модели – в прототипы, и мой конкурсный марафон стартовал.
Сейчас довольно распространено мнение, что лучшие дизайнеры – люди без дизайнерского диплома, так как специальное образование будто бы мешает творческому развитию. Что вам дала учеба в Академии?
Основы профессии. В Академии я научился всему необходимому — от эргономики до 3D-анимации. В студенческие годы я уже участвовал в мебельных выставках – профессора всегда поддерживали меня, понимая, что это прекрасный шанс, как сейчас говорят, засветиться на международных площадках. Теперь, после бакалавриата и магистратуры, я сам помогаю студентам готовиться к международным салонам, делюсь опытом и знаниями, которые могут принести им пользу. Я благодарен Академии –этот период моей жизни был трудным, но очень продуктивным и творческим.
Какой из своих объектов вы считаете самым удачным с точки зрения игрового взаимодействия формы и функции?
Конечно же, это Swan — идеальное решение для малогабаритных квартир. Объект родился из эксперимента: сначала я сделал вазу для фруктов, которую затем трансформировал в пять разных версий блюда; потом пришла мысль превратить эту форму в светильник – соединенные подвижными шайбами 33 ребра из ламинированного пластиком МДФ дают красивую игру теней (была даже идея делать эти светильники большими – для общественных пространств и офисов). Помимо всего прочего, Swan прекрасно справляется с ролью подвесной полки, держателя для CD, и даже вешалки для одежды. С этим объектом невероятно весело играть – любой может создать из него что-то свое.
Как получается, что фактически один и тот же объект проявляется в столь разных функциях?
Благодаря трансформации. Не стоит также недооценивать и то обстоятельство, что мультифункциональность – модный тренд, который у всех на слуху – имеет социальные корни: мебель-трансформер значительно облегчает жизнь горожанина, позволяя более эффективно распорядиться пространством. В Европе, и я думаю, что в России тоже, в Москве в первую очередь, эта проблема очень актуальна: из-за высоких цен на недвижимость молодые люди не могут позволить себе большие квартиры, где поместится много мебели. Из размышлений о моих сверстниках, живущих в стесненных условиях, и родились мои объекты: раскладной столик-табуретка-этажерка Babel, кофейный столик Kapri, легко превращающийся в полноценный обеденный стол на четыре персоны, или треугольный стол Pico, который можно быстро сложить и забрать с собой на пикник в лес.
Вы идете от функции?
Безусловно. Форма возникает позже, в процессе поиска.Например, я очень долго не мог понять, каким должен быть Pico: изначально столешница была квадратной. И только при расчетах необходимой высоты, размеров, пропорций я увидел, что здесь нужен треугольник. А самым сложным в этом объекте было придумать механизм, благодаря которому ножки легко поворачиваются, становясь частью столешницы. Обычно форму найти легче, чем конструкцию, но в действительности все взаимосвязано – нельзя сказать, что что-то важнее или первично. Например, когда я проектировал Babel, сама идея превращения стола в этажерку за счет выдвигающихся по принципу пружины «вложенных» элементов подсказала мне, что образ где-то рядом, в предметном окружении – этот объект напоминает небрежно свернутую в трубку бумагу: один виток над другим, – и понимание того, что выдвижные, поворотные и фиксируемые детали, способные складываться друг в друга, должны иметь форму цилиндра, сразу расставило все на свои места.
Как вы придумываете название для объекта?
Я просто смотрю на то, что получается, жду когда проступят более-менее отчетливые очертания. Найти точное имя — тоже работа. Например, Swan, «лебедь» — ассоциация с биоформами. Pico — отсылка к итальянскому слову «piccolo» («маленький»). В случае с Babel окончательное название, навеянное образом Вавилонской башни, только подтвердило правильность моих поисков формы. А вот с Kapri вышел забавный случай: название пришло, когда я рассматривал какой-то альбом по искусству и увидел там иллюстрацию с корсаром, в штанах, напоминающих ножки моего стола.
Какова технология производства прототипа?
Прототипы часто производятся из легко обрабатываемых материалов. Сначала из бумаги, картона, полистирола или пластика вырезается модель небольшого размера, например, масштаба 1:5 – так легче проверить пропорции частей, посмотреть на вещи с разных точек. После того, как модель готова, начинается производство полномасштабного прототипа. Я чаще всего выбираю для производства прессованные панели древесной пыли – они легче шлифуются и красятся. Затем снова идет проверка пропорций прототипа, колористическое тестирование, поиск цветной версии, экспериментирование с графикой и линиями объекта – все это очень важно для создания общего настроения объекта.
С какими материалами интересней всего работать?
Дерево – самый любимый материал. У меня есть возможность использовать хорошую и современную деревообрабатывающую базу: я вручную изготавливаю только макет, а прототип реального размера по моим чертежам делает 3D-робот, который фрезерует необходимые детали; таким образом достигается чрезвычайно высокая точность исполнения, увеличивается скорость работы. Пластик тоже интересен (из него сделан Swan), но работать с ним труднее: после разработки прототипа необходимо изготавливать литьевые формы, а это очень дорогое удовольствие. Также люблю экспериментировать с необычными сочетаниями материалов: так, Rist – комбинация натурального дерева и пластика.
С какими породами дерева лучше всего работается?
Мебель, созданная мною, в основном изготавливается из натурального дерева, однако для того, чтобы добиться гладкой текстуры, дерево шпонируется. Мне очень нравится работать с дорогими, благородными деревянными породами, такими, как палисандр, эбеновое дерево; также часто использую ореховое дерево или беленый дуб. Эксперименты с цветовыми и текстурными решениями для меня тоже очень важны – надо учитывать, что мебель, покрытая шпоном, выглядит солиднее, она хорошо смотрится в спокойных классических интерьерах, и наоборот: яркие оттенки больше привлекают молодежь. Я хочу, чтобы мои работы были интересны людям всех возрастов и социальных групп.
Трансформируемость создаваемого объекта – принципиальный момент для вас?
Пожалуй, только этажерка Rist является в этом смысле исключением – в ней не применяется никаких сложных конструктивных решений. Мной здесь руководила другая идея: сделать объект, который будет казаться парящим в воздухе. Так как имевшиеся в моем распоряжении на тот момент технологии не позволяли использовать феномен левитации, я ограничился несколькими оптическими фокусами с обыкновенным прозрачным пластиком — из него сделан каркас этажерки, — который держит вполне материальные деревянные полки. Сложность была с деревом. Мне нужна была выразительная фактура – в итоге я нашел ее совершенно случайно, в парковой аллее, где пилили старые деревья. На спилах было видно, как древесина со временем меняла цвет, — мне захотелось сохранить и показать эту красоту. Одна моя знакомая, ботаник по профессии, потом даже использовала фотографии этого объекта взамен традиционных диаграмм для демонстрации различных циклов жизни дерева на международной конференции в США. А сама этажерка вместе со столиком Pico живет теперь в моей квартире.
Как сложилась судьба остальных объектов-лауреатов?
Увы, никак. В 2009 году объектом Babel очень заинтересовалась компания Giorgetti и лично Карло Джорджетти, прототип сразу же после выставки в Милане увезли на фабрику для обсуждения деталей запуска объекта в серийное производство, но в итоге до контракта дело не дошло – из-за кризиса новые проекты отложили до лучших времен. Та же участь постигла Kapri, Swan и Pico (компания Flou взялась за изготовление прототипов, однако подсчет требуемых инвестиций показал, что это решение было преждевременным).
Конкурсный марафон продолжается?
Это уже в прошлом. В 2010 году я приехал в Москву на SaloneSatellite со своими друзьями в качестве куратора литовской команды. Раньше я жил в непрерывном обдумывании новых объектов, готовился к выставкам. Все это по-прежнему очень важно для меня, потому что каждая работа – частичка моей души. Но теперь у меня больше нет времени ждать ответа от фабрик и жить вчерашним днем, появились новые проекты: у меня много заказов на дизайн интерьеров «под ключ» в Литве и здесь, в России.
Что привлекает вас в работе средового дизайнера?
Здесь у меня есть возможность поиграть с пространством, поэкспериментировать с композицией, светом, цветом, материалами – я прохожу тот же путь, только в новом качестве. Нет разницы между проектированием объекта для международного конкурса и частного интерьера – это лишь разные линии одного пути для дизайнера. И я счастлив от мысли, что вещами, которые я делаю, наконец пользуются люди.
У вас есть любимый стиль?
Нет, это может быть и минимализм, и умеренная элегантная классика, и фьюжн. Я много работаю с заказчиками, обсуждаю с ними будущий интерьер, пытаюсь проникнуться их вкусами, и когда есть это взаимопонимание, тогда и рождается все самое красивое. Главное – слышать друг друга и работать с удовольствием: когда делаешь что-то с любовью, получается легко. А если ничего не складывается, это знак того, что пора менять себя, свое мышление. Чтобы жить радостно, надо сначала понять, что нужно тебе самому. Сегодня я знаю, на что способен, а чему еще надо учиться, и у меня нет сомнений в том, что нужно двигаться дальше. Можно было бы успокоиться, жить в Литве и делать интерьеры для знакомых, но я хочу увидеть и узнать весь мир.
В какой области хотелось бы еще себя проявить?
До сих пор я был сосредоточен на проектировании мебели. Надеюсь, круг моих возможностей расширится и я смогу выразить себя также в графике и скульптуре. Я не прочь поработать над дизайном электронных приборов и гаджетов и, конечно же, автомобилей. Каждый объект интересен, когда ты начинаешь к нему присматриваться.
Присутствует ли в ваших ближайших планах открытие собственной дизайн-студии?
Если говорить об амбициях, эта – главная.
Как вы относитесь к знаменитому тезису о преображающей силе красоты?
Красота спасет мир? Да. Красивые вещи делают красивой среду обитания, а это, в свою очередь, делает красивыми наши мысли. Красота и любовь – две главные вещи, которые нас вдохновляют и без которых человек не может обойтись.
ВРЕЗ
Мантас Латаитис, дизайнер
Родился в 1984 году, в городе Паневежис, Литва. В 2007 году окончил Академию изобразительных искусств в Вильнюсе по специальности «Графический дизайн», а в 2009 году в том же университете получил степень «Мастер в промышленном дизайне». Участник и лауреат национальных и международных конкурсов: SaloneSatellite в Москве (2007 – первое место за кофейный столик Pico; 2008 – первое место за стол-табуретку-этажерку Babel), номинация «Неформат» в конкурсе на лучший дизайн мебели WOOD-DO в Вильнюсе (2008, приз зрительских симпатий за проект Rist), выставка «Мебель» в Вильнюсе (2008; 2009), SaloneSatellite в Милане (2008 – номинация Design Report Award; 2009), передвижная выставка команды молодых дизайнеров (2008). В качестве промышленного дизайнера участвует в национальных и международных проектах, пробует себя в дизайне интерьеров. Живет и работает в Каунасе.
www.lataitis.com
В подписи
1.Rist
Несущая конструкция этажерки почти невидима – полки, собранные из распиленных пополам поленьев, словно парят в воздухе
2.Pico
Минималистский складной стол из натуральной сосны. Благодаря замковому механизму, ножки легко складываются, сливаясь с контуром столешницы, что делает Pico очень удобным для хранения и транспортировки – его можно задвинуть за шкаф или взять с собой на пикник
3.Kapri
Элегантное решение для малогабаритных квартир. Благодаря регулируемой высоте ножек Kapri легко превращается из журнального в обеденный стол.
4.Babel
Этот многофункциональный трансформер может использоваться как табуретка, кофейный столик, этажерка для книг или CD и даже как демонстрационная консоль для товарной выкладки в магазине. Конструкция состоит из вложенных друг в друга цилиндров, последовательно выдвигая которые можно построить собственную Вавилонскую башню.
5.Swan
Этот удивительный объект служит примером диалектики изменений и всеобщей связи вещей. Собранный из 33 подвижных одинаковых элементов, Swan легко меняет свое обличие, а вместе с ним – и назначение: трансформируя конструкцию, можно получить одну из пяти версий вазы для фруктов, подвесной или напольный светильник, подставку для CD, полку, а также вешалку для одежды.
